Илья Клявер и Ирина Олейникова поженились в октябре 1973 года. Жена взяла фамилию мужа. А он спустя несколько лет «одолжил» у нее девичью фамилию...

Однако известность пришла к Илье Олейникову только с юмористической телепередачей «Городок», которую они вели с Юрием Стояновым 19 лет.

«Главное — смена тапочек»

В пик популярности программы и произошла наша встреча с Ильей Львовичем и Ириной Викторовной в их уютной квартире в Петербурге. Удивительно, что никакой звездности у Олейникова я не заметила — все-таки настоящую славу артист получил, когда ему было уже под 50.

Татьяна Уланова, АиФ.ru: Бытует мнение, что сатирики и юмористы, развлекающие народ, на самом деле часто угрюмы и неразговорчивы...

Ирина: Илья — веселый человек и в быту. Если я делаю ему замечание, он все переводит в шутку... Зато меньше скандалов.

Илья: Почему в шутку? Я бурчу — обидно же, когда тебя все время поправляют: не туда пошел, не там встал. Самое главное — смена тапочек. На даче их четверо: одни — чтобы по траве гулять, вторые — по крыльцу, третьи — чтобы войти в дом, а четвертые — ходить по дому. Я запутался в них и хожу босиком, что тоже вызывает скандал, потому что захожу в дом с грязными ногами.

«С девушками знакомишься, а дома ждут жена и двое детей!..»

— Как можно было, живя в Кишиневе, учась в цирковом училище в Москве, жениться на ленинградке?

Илья: Закончив училище, ездил по стране. А познакомились мы на Украине, в городе Славянске. Я был на гастролях, Ира — в командировке. Ирина Викторовна имела честь купить билет на наш концерт и счастье сидеть в первом ряду.

Ирина: Когда концерт закончился и артисты уходили, я поравнялась с его товарищами и услышала: «Илюша, как же тебе не стыдно, с девушками знакомишься, а в Кишиневе тебя ждут жена и двое детей». Я подумала: надо же, как обманывает.

Илья: Это была подлая шутка. Потом я выклянчил у Иры три рубля и пригласил ее в ресторан.

— На свадьбу жених тоже занимал деньги у невесты?

Ирина: Свадьба была очень грустная, наверное, поэтому и жизнь счастливая. Октябрь, ненастный день, папа мой очень болен, финансовые трудности...

Илья: Да, свадьба была больше на похороны похожа. Зал в ресторане «Адмиралтейский» в Пушкине — темный, кухня ужасная, в общем, витал призрак страшного несчастья. Концертно-свадебный костюм я приготовил года за четыре до свадьбы, он у меня был один.

Ирина: А мое подвенечное платье Илья на следующий год после торжества сдал за рулон туалетной бумаги. Он терпеть не может, когда захламлена квартира, любит порядок. Ну вот, собрал все вещи, которые якобы были не нужны (в том числе, свадебное платье), загрузил коробку в машину к товарищу, и они ездили по городу в поисках открытого пункта приема утильсырья, так что товарищ истратил бензина больше, чем Илья заработал на этих вещах.

Илья: Но сначала она покрасила свадебное платье в зеленый цвет и встречала в нем Новый год. Я сдал 8 килограммов шмоток — получил кусок мыла, туалетную бумагу и средство от пота, которым ни разу не воспользовался, потому что, по-моему, это было средство не от пота, а для его выделения: когда ты им начинал мазаться, от тебя пахло в четыре раза сильнее, чем до того.




— Ирина, как ваши родители приняли нового родственника?

Ирина: Когда мы только поженились, мама давала ему каждый день по рублю на «Беломорканал».

Илья: Я был завидный жених! Мы только расписались, Ирка уехала в командировку, а я остался с тещей — она меня терпела с большим трудом. А когда однажды пришла домой, то услышала, что пианино исторгает непонятные звуки. В чем дело, спросила она. Я ответил, что вставил кнопки, чтобы оно звучало, как клавесин. Начался такой скандал!..

Ирина: Дело в том, что в 1956 году папа приехал из Куйбышева в Москву в 25 градусный мороз и за 50 рублей купил очередь, чтобы достать это пианино...

Илья: Обидно, конечно, когда приезжает козел из Кишинева и вставляет кнопки в пианино, за которым папа в 1956 году огромную очередь отстоял.

Ирина: Прошло лет десять, пока зять сдал экзамен на зрелость. Только в 1985 году, когда у Илюши был спектакль, и моя мама впорхнула на сцену как птичка с букетом георгинов, я поняла, что это состоялось.



— Вы-то хоть не шли на конфликты с родителями супруга?

Илья: Она всегда говорила правду-матку, а мой папа этого очень не любил. И два раза пытался выброситься из нашего «Запорожца». Я орал: папа, закрой дверь, а он: выпустите меня отсюда, я не могу больше находиться в машине с этой женщиной.

Ирина: Зато когда на стороне его спрашивали обо мне, он говорил: это не невестка, а золото!

— Родители помогали вам?

Ирина: Только один раз мои родители подарили нам тысячу рублей на квартиру — больше не могли, потому что копили на цветной телевизор.... Мы внесли кооперативный взнос, а через десять дней сами выиграли цветной телевизор в лотерею. И Илюшины родители как-то подарили тысячу...

Илья: Тысячу не помню — помню, как папа дал на свадьбу пятерку и сказал: купи себе все, что хочешь.

Ирина: Купили будильник.

«Похоже, стареть стал — уже никто и не пристает»

— Илья Львович, вас девушки когда-нибудь добивались?

Илья: Добивать — добивали... Были, конечно, какие-то женщины, но чтобы меня кто-то добивался, я себе и представить не мог.

Ирина: Ну обманывает... Как-то приехал с гастролей и говорит: “Знаешь, мать, похоже, я стареть стал — уже никто и не пристает”. Конечно, у них много поклонниц. Но надо отдать должное: что Юра (Стоянов), что Илья — оба уважительно относятся к своим любов... любим.. возлюбле...

Илья: Щас она договорится! Каким любо-люби-возлюбленным?!

— Не смущает вас, что пришлось взять фамилию супруги?

Илья: Нет, абсолютно! Это было в 1982 году. Каждый новый еврей, появлявшийся на экране телевидения автоматически загораживал дорогу каждому последующему желающему стать звездой еврею. Меня хищно вырезали, и тогда Володька Винокур сказал: «Возьми-ка ты фамилию жены...» И меня стали принимать за украинца.

— Что было самым трудным в начале вашей семейной жизни и сейчас?

Ирина: Раньше в основном помощь была физическая, а нужна была материальная, а сейчас материальной навалом, а уже нужна физическая.

Илья: Например, грабли поднять, а я уже не могу — старенький. Недавно поехали на дачу, она говорит: давай елочку выкопаем. Я взял лопату, топор, вилы. Ира говорит: надень штаны, много слепней. А что я в такую погоду буду ходить в штанах? Пришли в лес, через секунду на меня слепни слетелись, и я уже ничего не мог делать. Ира взяла вилы, топор, лопату, стала выкапывать березку...

Ирина: Елочку.

Илья: Спрашиваю: может, помочь, а она — иди от меня подальше. Зато обратно Ира шла с елочкой, а я опять нес топор, вилы, лопату. И еще километра полтора за мной летели слепни. Пришел, долго мылся под душем, а Ира в это время елочку сажала. В общем, понимаешь... Есть мужик!

«У меня нет права даже вымыть посуду»

— Дома от мужа так же много толку, как и на даче?

Ирина: Когда мы снимали свою первую квартиру, он хозяйственным мылом приклеивал на стены пачки из-под сигарет — надо было жуткий узор на обоях чем-то прикрыть.

— Кто-то из чиновников, специалистов по вопросам семьи, сказал: в нашей стране было принято, чтобы мужчина в доме пылесосил...

Илья: Это было при коммунистах, а при демократах мужчина может вообще ничего не делать. У меня вот нет права даже вымыть посуду. Потому что если я ее и хорошо вымою, Ира все равно перемоет и будет утверждать, что после меня какие-то странные пятна остаются. И пылесос не дает...

— Как, по-вашему, любовь — это труд?

Ирина: Наверное, труд — уступать друг другу.

Илья: Семья — не любовь, а гораздо больше. Это слияние двух единиц в одну... А когда мужик в 50 лет вдруг находит молодую женщину и уходит, он просто... дегенерат.

Илья Олейников прожил в счастливом браке с Ириной Викторовной 39 лет. И ушел из жизни 11 ноября 2012 года. Ему было всего 65 лет...

скачать dle 11.1смотреть фильмы бесплатно