Чтобы привести в порядок свои мысли, собраться с силами и разобраться в том, что же накопилось у него в душе после изматывающего многолетнего марафона с YES, Андерсон уединился в собственной студии в Сиэр-грин и в одиночку (так как долгие годы его угнетало ощущение того, что он не музыкант, а "только певец") на самой современной звукозаписывающей технике приступил к работе над первым сольным альбомом. Это стало изучением предела собственных возможностей, попыткой преодолеть свой потолок. Андерсон собирал и осваивал новые музыкальные инструменты, считая, что несмотря на отсутствие выдающихся способностей, важно представлять себе инструмент, понимать как он должен звучать, и тогда перед ним не будет никаких преград. Придерживаясь данной концепции, в дополнение к акустической гитаре и перкуссии Джон научился играть на арфе: собирал записи, слушал, пробовал и в итоге самостоятельно освоил инструмент. Кроме того, он долго возился с синтезатором Муга - нужно ведь знать какие именно звуки ищешь.

В ходе последнего американского турне Андерсон решил не привлекать музыкантов со стороны. Ассистировавшие ему звукоинженер Майк Данн (Mike Dunn), специалист по электронике Брайан Гейлор (Brian Gaylor) и координатор проекта Джон Мартин (John Martyn) сделали все, что было в их силах, чтобы высвободить зревшее в глубинах его индивидуальности потенциальное композиторское дарование и оформить в готовом материале рождающиеся идеи. Получившийся в результате совместных усилий органичный, бурлящий альбом - звуковая поэма синтезированных космических звуков и наложенных голосов, гипнотизирующая своей красотой.

Концепция пластинки начала зарождаться в период работы над Fragile, когда у Андерсона появились кое-какие полуфантастические идеи. Джон прочитал много книг, в результате сложилась что-то свое. Ко времени начала фактической работы Андерсон перенес все на бумагу. За день до записи он проснулся очень рано, еще до рассвета, и из окон своего дома наблюдал, как поднимается солнце и наступает новый день. Медитируя, он долго размышлял, а затем стал набрасывать контуры рассказа, повторил его, чтобы не забыть, и пошел в студию, уже зная, что будет записывать. Перенесение образов в такты музыкального материала на пленке восьмидорожечного магнитофона в черновой записи заняло около трех-четырех месяцев.

В рецензии на пластинку журналист “Meлоди Meйкер” назвал возможный источник, лежащий в основе всей истории: "Те, кто захотят понять условности повествования, сочетающего элементы народных сказаний и игры воображения, могут обратиться к научно-фантастическому рассказу Брайана Элдиса (Brian Aldiss) "Теплица или невероятный нон-стоп", довольно точно передающему атмосферу Olias Of Sunhillow.” Автор книги о YES Дэн Хеджес (Dan Hedges) добавлял к этому космические корабли Роджера Дина (Roger Dean) с Fragile и книгу Веры Стэнли-Элдер (Vera Stanley-Alder) "Зарождение мира".

Как говорит сам Джон: "Я подумал о трех волшебниках, прибывающих из космоса. Их цель - перенести живущие на некоей планете племена на другую, чтобы спасти их от уничтожения. Надеюсь, именно на таком уровне люди ее и воспринимают, без поиска скрытого смысла."

Легенда об Олиасе с планеты Санхиллоу - метафора, речь в которой идет о раздираемых противоречиями народах Земли: им необходимо объединиться, чтобы выжить. Полное внутренней убежденности и пронизанное подлинным романтизмом, это произведение сочетает в себе тонкий вкус, изящество и редкую выразительность, а умение автора работать со звуком привнесло так много исходящих от него тепла и обаяния, пусть даже в противовес рождающемуся на улицах лицемерию и цинизму года грядущего.
“Из тумана миллионов лет высокой энергии вынырнули три путешественника, барражируя над поверхностью равнины Тэллоукросс. Местом посадки была выбрана точка между полянами, садами Гедды и высокогорным массивом с бьющими фонтанами света и цвета и мягкими ветрами страсти, открыто существующими благодаря мудрости. Безмолвные, они наблюдали за тремя путешественниками, пока те исполняли песнь движения, тогда как все вокруг них сияло и подпевало в изумлении.

Олиасу было предначертано заложить “Верескового странника”.
Раньярту было предначертано управлять звездным часом рожденного света.
Кукуаку, вождю, было предначертано стать законодателем мод для жителей Санхиллоу.

Четыре племени населяли Санхиллоу, существуя посредством музыки, ритмов и темпов. Каждое из них возносило благословение собственному светилу, делая это при помощи песнопений, обращенных к небесам. И энергия их, и души, и время, и их поведение подчинялись движению светил.

Награниум - темнокожие, производили ритм.
Асатраниус - нестройно исполняли строки декламации.
Орактониом - выплавляли легкий металл.
Нордраниус - сплетали язык телозвуков.

Танец Раньярта с направленными к солнцу лучами должен был положить начало обращенному ко всем зову. Меняя форму родившегося света, он, заряжая воздух, двигался с удивительной грацией, собираясь стартовать и лететь в направлении страсти...”

Oлиас - так зовут одного из волшебников - построил спасательный космический корабль “Вересковый странник” (The Moorglade Mover). Ему помогал играющий на арфе провожатый Раньярк (Ranyarc), в полной мере обладающий искусством прокладывать маршруты, а также таинственный вождь и законодатель мод планеты Санхиллоу по имени Кукуак (Ququaq), который, придавая голосу восточные модуляции, может пением созывать племена. На планете их четыре, они существуют благодаря музыке, ритмам и темпам. Каждое из племен в своих песнопениях возносит благословение собственным звездам,. Энергия, души, время и календарь обитателей племен подчиняются движению данных светил. Народности, которые не знакомы друг с другом, носят имена Награниум (Nagrunium), Асатраниус (Asatranius), Орактониом (Oractoniom) и Нордраниус (Nordranious). Три путешественника и капитан должны забрать их, так как над планетой нависла угроза уничтожения, о которой не подозревают ее обитатели. Глубинный аспект музыки в жизни планеты заключается в том, что чувства и верования могут передаваться с помощью музыкальной формы. В процессе работы над отражающем их приключения альбомом, Джону, чтобы передать возвышенную атмосферу рождавшихся чувств, пришлось сделать более cта дублей, при помощи наложений самостоятельно записав арфу, орган, меллотрон, акустическую гитару, струнные и ударные - всего до тридцати инструментов.

“...Все это время Олиас был занят. Исполнив свою песнь, похожие на металлические деревья с их золотыми листьями, позвякивающими как снег зимой, в медленном танце привели свои сильные корни в движение, направляясь в сторону Олиаса с тем, чтобы создать каркас “Странника”. Почти готовый корабль, на котором хватило бы места для всех, стоял с распростертыми крыльями и высоким мачтами. Оставалось только укрепить его и покрыть обшивкой, что было возложено на рыбу, обитающую в солнечном океане. До нее донесся голос Олиаса, оторвав ее от игр. Как переплетенные, охваченные внутренним движением части океана поднялись они в воздух, сверкая и переливаясь на солнце, и на сильном ветру с готовностью ринулись к каркасу корабля. Трансформируясь, они погибали ради общей победы. “Странник” был готов.

Несшаяся в космосе среди бесчисленных планет-спутников, Санхиллоу удерживала племена столько, сколько позволяло Время. В одиночестве сидел Кукуак и пел о землях к Востоку. Когда звуки опустились в долину и достигли крайних пределов, в отдалении показалась фигура. Глубинные ритмы пробудили заклинание движения, в то время как от нот послания любви и скорости медленно пробудился Награниум. С Востока послышалсязвучный гул, потекший в сторону долины. Видно было, как в тумане блестит металл, слышно монотонное позвякивание. Находясь в трансе, чистым голосом выводил мотивы Кукуак, пока приближались к ним певцы Севера. Ни одно племя прежде не видело другие народы, и, когда они начали смешиваться, поднялся шум. Все силы были брошены на то, чтобы успокоить их. Движение было столь сильным, что все, что могло двигаться, двигалось в сторону Кукуака, так бесподобна была его песня. Затем он мягко поднялся, и, словно ничего не замечая вокруг, повел их за собой в направлении “Верескового Странника”. Олиас затянул приветствие Кукуаку, а вскоре на равнине Тэллоукросс появились племена. Его приветственная песнь была предназначена для того, чтобы заставить их подойти поближе к кораблю. Как только они взошли на борт, внутри послышался шум, один ритм приходил на смену другому, становясь все более и более напряженным. Разом все гигантские крылья “Странника” пришли в движение...”

Сага начинается с “Ocean Song”, мягко, как огромные волны Тихого океана, накатывающиеся на берег, перетекающей в завязку всего действия. Голоса и аккорды сливаются в тянущийся гул, в то время как гитара и арфа просачиваются в распускающуюся ауру звука и закладывают впечатление глубины, которое становится очень человечным благодаря голосу Андерсона, с присущими только ему интонациями. Под дружеский перебор струн это продолжается в те минуты, когда он исполняет "The Meeting" и переходит к арфе на "Sound Of The Galleon", обладающей кельтским привкусом, которого не постыдились бы и THE CНIEFTANS: восторженные пассажи на арфе, резвящаяся деревянная флейта и переход к чрезвычайно эффективной, незатейливой коде.

Со всплеском звучания электроники этот ребяческий настрой сменяется более строгими мотивами. Но ими Андерсон пользуется достаточно редко. Основной тон задают следующие фрагменты первой стороны: "Song Of Ranyart", "Olias (To Build The Moorglade)" и "Flight Of The Moorglade" с их космическими, плавно сменяющимися ритмами. "Восточная, даже более того - индийская - мелодика наполняет сею воздушную, вызывающую ощущение присутствия на борту корабля, композицию, которую невозможно представить себе никак иначе.”

На первом альбоме Джон, очевидно, всеми силами стремился избежать потакания вкусам публики в вопросах компоновки. Подчиняясь логике автора, каждая из музыкальных пьес пластинки находится на своем, строго определенном месте, что понятно без повторного прослушивания." В Olias Of Sunhillow много привлекательных мелодий, а на "The Flight Of The Moorglade" можно услышать вокальные гармонии с идущими фоном неожиданными звуками различных электронных и ударных инструментов. В августе 1976 года фирма Atlantic выпустила в США сингл с двумя ключевыми песнями: "Flight Of The Moorglade"/"To The Runner".

“...Корабль медленно двигался по равнине в сторону океана. Из противодействия с солнечной оболочкой родилась встречная реакция с живым началом, открылось внутренне зрение, и едва “Странник” стал набирать скорость, узнав понятие скорости, образовалась огромная приливная волна и поднялась высоко к звездам, бросив корабль в космос. Он путешествовал по глубинам космоса, а в отдалении раздался громоподобный взрыв: планета Санхиллоу взорвалась миллионом немых слез. Внутри корабля все стихло, и пока Олиас и Кукуак, пилотируя корабль, находились в трансе, а Раньярт прокладывал маршрут, племена были предоставлены самим себе. Поднялся ропот, они кричали и бились в конвульсиях, и из их чувств рождались только страх и боль. Свое лицо показало “Лунное Солнце”. Звук был в высшей степени диссонантным, их собственный страх породил его из глубины их душ, и все перед ним лежало обнаженным. Темное солнце поднялось и заполнило переборки “Странника”, стремясь разорвать их, уничтожить корабль, похоронить все в безграничности космоса, затерявшись там навсегда.

В этот момент очнулся Олиас и, возвышаясь над ними с распростертыми руками, сдерживая внутри себя ужас, он принялся исполнять послание любви и жизни, пока “Лунное Солнце” не сдалось. Люди отдыхали, они спали под кристальным покрывалом, подобные куколкам. И пока “Странник” путешествовал через космос, среди них раздавалась песнь любви.

А Раньярт, точно и обстоятельно объяснив путь, теперь вытанцовывал коленца восторга...”

"Solid Space", открывающая вторую сторону, так же правильно выстроена, хотя Андерсону не хватает той отточености и предвкушения, которую могла бы дать группа музыкантов. Песня должна была передать эффект расступающейся под ногами земли, из недр которой (в местности под названием Tallowcross) на поверхность выбираются корни планеты, тогда как рыба покидает океаны.

"Космический корабль - это живой организм, что естественно на подобной планете. Корни образуют элементы его конструкции, а рыба становится обшивкой." Передать такое в песне было очень трудно, поэтому на нее ушло столько времени. В композиции можно проследить влияние Рика Уэйкмана, Патрика Мораза и Вангелиса.

Часть "Moon Ra" - основная тема, которая должна рождаться из страха и раздражения, - использована в конце первой стороны на "Flight Of The Moorglade". Она, как и остальные сочинения на альбоме - "Chords", "Song Of Search" и "To The Runner", не сконструирована оркестрово, а медленно обретают форму, как плывущие податливые массы цвета и мате-риала, купающиеся в нестерпимо сильных лучах солнца в открытом космосе.

После того, как пилотируемый Олиасом и Кукуаком корабль взлетает, планета взрывается. Потрясенные этим жители впадают в транс и приходят к пониманию того, в чем их предназначение, начиная исполнять хорал "Moon Ra". Из их отчаяния рождается Зло, которое наголову разбивает Oлиас, заставляя его сдаться. Судно продолжает полет к пункту назначения, командир укладывает находящихся на борту пассажиров в анабиоз.
В следующей песне "The Song of Search" перед глазами открывается парящий над холмами в поисках места для посадки корабль, а заключительная композиция описывает разделяющиеся племена, каждое из которых идет своим путем. В последнем фрагменте запечатлен отлет трех героев.

Как отмечала пресса, "потенциал многоканальной записи в руках ищущего самовыражения искреннего артиста, безграничен, что может явиться новым направлением для музыки, в которой смешаны классические традиции прошлого и новые горизонты. Кое-какие эмоциональные оттенки и звуки "Chords", к примеру, выходят за границы присутствия прародителя и многоканальность получает в некотором роде собственную личность, когда объединяются человек и машина".

Дебютная работа бывшего вокалиста YES была очень хорошо принята. 24 июля 1976 года она на десять недель попала на восьмое место английского хит-парада (#47 в США) и получила самые благожелательные отзывы прессы, а главное - позволила Андерсону зарекомендовать себя как соло-исполнителя, которому есть что предложить публике.

Из облака высоких энергий миллионов лет три путника опустились на равнину Таллоукросс, они мчались, ведомые зовом. Точка их встречи лежала между полями и садами Геды, и высокие вершины, излучающие цвета и легкий ветер желания, окружали их в тот тихий вечер. Трое молча пели песню движения, и мир вокруг откликался на их магию хором звуков и вспышек.

o Олайсу предстояло построить корабль Мурглэйд.
o Раньарт владел моментами зарождения света.
o Кокуак станет вождем и наставником народов Санхиллоу.

Так начинается короткое введение в альбом OLIAS OF SUNHILLOW, в котором Йон Андерсон музыкой рассказал историю о спасении четырех племен, чьей планете суждено было рассыпаться на космические обломки.

Желание создать собственный, единоличный альбом у Йона Андерсона было давнишним, хотя конкретный замысел сформировался в американском туре 1975 года. Ему хотелось быть в полной мере музыкантом, а одного пения в составе знаменитого ансамбля, как ему казалось, еще не давало права так называться. Музыкант - это тот, кто может делать музыку самостоятельно. Йон затворился на несколько месяцев в своей домашней студии, а после того, как он вышел с готовой записью, имя Олиаса быстро стало легендарным. Альбом не произвел коммерческой сенсации на музыкальном рынке (впрочем, как и предшествовавшие альбомы Yes), но многочисленным поклонникам Yes, нетерпеливо ожидавшим новых записей группы, он дал массу ощущений и основательный повод для приятных раздумий. Альбом был оригинален даже на фоне громады TALES FROM TOPOGRAPHIC OCEANS, казалось бы, вместившей в себя все, что способен создать Андерсон.

Звучание альбома с первых нот поражает инструментальной насыщенностью и тембровой гармонией, выверенностью баланса звука и одновременно почти концертной раскованностью музыкального изложения. Трудно было поверить, что это сыграл и спел один человек, тем более, что в 1976 году не было сегодняшних изощренных цифровых технологий звукового синтеза и наложения. Пьесы легко нанизаны на сюжетную нить и объединены редкой, всепроникающей грацией звучания. И все же каждая пьеса вполне самодостаточна, динамика и развитие тем практически отсутствуют. 8 частей альбома - 8 самостоятельных картин (исключая, возможно, только Moon Ra, где в одну пьесу вмещены несколько эпизодов, впрочем, тоже музыкально статических). Каждая картина создает свое небольшое медитативное пространство со своим настроением.
Вокалы звучат не доминирующим образом (как можно было бы ожидать от сочинителя-певца), но непринужденно вплетены в общую вязь звуков, иногда произнося текст, иногда добавляя чистый звук серебряного андерсоновского голоса. Ощущение от альбома - как от легкого покачивания в танце или на морских волнах под ясным небом. Проникновение музыки внутрь слушателя происходит, кажется, не только через уши, но через пробуждение архаической памяти, заставляющей воспринимать весьма необычные созвучия органично и без усилий. Чем больше слушаешь альбом, тем больше эта музыка кажется изначально знакомой, связанной с какими-то глубинными полузабытыми воспоминаниями.

Немудрено, что после выхода альбома в среде йесфанов поползли предположения о том, что послужило Йону отправной точкой в создании музыки. Уж слишком ощущалась под этими воздушно-кружевными формами какая-то твердая, устойчивая платформа. Андерсон называет по крайней мере два источника своего вдохновения - работу Роджера Дина на обложки альбома FRAGILE и книгу Веры Стейнли Олдер "Зарождение Мира". Связь с творением Дина очевидна и неоспорима. На лицевой стороне упомянутого альбома изображена цветущая планета, на обратной - та же планета, распадающаяся на куски, причем от нее улетает некий объект в форме рыбы - явная канва сюжета повести об Олиасе. Однако, эти картинки годятся для объяснения замысла Андерсона, но их недостаточно для предположений об истоках стиля и гармонии музыки. И, поскольку книгу Олдер, по-видимому, мало кто читал из фанов, поиски продолжились среди более распространенных источников.

Наиболее популярной версией стало и по сей день остается толкиеновское происхождение андерсоновских идей, напрашивающееся само собой. Описание у Толкиена эльфийского пения, его прозрачности, легкости, простоты и совершенства плюс любовь эльфов к колокольчикам моментально наводит на стиль Андерсона в "Олиасе". Вспомним, что у Толкиена валары творили пением и пляской, сам мир был сотворен музыкой Айнур. Также действуют и персонажи Андерсона. По Толкиену люди появились сразу вслед за Солнцем, люди - дети Солнца. Смешно и говорить, насколько эта мысль пронизывает все творчество Андерсона и повесть об Олиасе в частности. Знак Олиаса, о котором речь чуть ниже - знак Солнца. Это предположение подкреплялось тем, что Андерсон признавался в чтении Толкиена, но радикально подкашивалось тем, что он, всегда правдиво рассказывающий о своих источниках вдохновения, нигде не упоминал о роли этого чтения в создании альбома. Таким образом, простая логика приводит к выводу: раз две эти вещи, подозрительно схожие, не происходят одна от другой, то они обе происходят от третьей, еще более мощной и универсальной платформы. И тут уж - полный простор для фантазии...

Как удалось Андерсону, не особо владевшему инструментами и техникой звукозаписи, самостоятельно записать большой и разнообразный альбом? В микшировании ему оказывали помощь профессиональные люди, среди которых он особо упоминает Майка Данна (Mike Dunn). Во всем остальном он был предоставлен самому себе, и выбор инструментов и практика в игре - его единоличная работа. Йон Андерсон говорил:
В основном идея альбома включала самообучение. На полпути я осознал массу своих возможностей... и невозможностей. Это был поиск тех областей, где можно выразить себя. То время было очень насыщенным.
Андерсон проводил в студии по 10 часов без выходных. Набор инструментов включал Moog и другие кейборды, арфу, деревянные духовые, струнные, в том числе такие экзотические, как кото и ситар, барабанную установку и традиционные ударные с разных концов света и, конечно, огромное количество перкуссий и колокольчиков. Овладеть таким арсеналом было делом нелегким. Позднее он рассказывал:

Сначала я надеялся успеть к Рождеству. Но все оказалось сложнее, потребовалось 3-4 месяца, я работал все напряженнее... Должно же когда-нибудь получиться. Правда, в одиночку можно работать дольше, чем в окружении других. И все-таки я чувствовал, что мне нужна передышка, на месяц, чтобы потом вернуться и доделать. Хорошо, что я не стал прерываться! Хотя к концу я ноги с трудом передвигал. Пара моментов у меня никак не получались, потому что я заранее знал, чего хочу добиться. Как я ни комбинировал, не мог сдвинуться с места. А потом вдруг все сложилось! Первая дорожка второй стороны, Solid Space была одним из этих странных моментов - там, где корабль оживает. Потребовалось много терпения, чтобы получилось правильно.

Чтобы расслышать андерсоновскую работу и восхититься тонким подбором тембров, достаточно вслушаться практически в любой крошечный отрывок альбома. Даже вступительный удар гонга к первой пьесе при внимательном прослушивании раскладывается на несколько составляющих, звучащих еле заметным форшлагом и придающих явно продуманный тон бестональному ударному инструменту.

Предпочтение отдается тембрам с высоким, прозрачным тоном, очень много звенящих перкуссий. Нет впомине мощной "стены звука", которую обычно создает Yes. И, однако, все это вкупе с высоким голосом Андерсона не производит впечателение визга, скорее это напоминает немного отдаленное звучание праздничного пения, так что хочется подойти и расслушать получше; это усугубляется отсутствием привычной ритм-секции. Вообще - рок ли это? Несмотря на обилие инструментов и вокалов - ни одного лишнего звука, никакой "мясистости", лишь гармония и грация танца, которого, впрочем, хватает в сюжете. Эта отдаленность и неброскость звучания, как и нерасшифрованность сюжета, заставляют вслушиваться, фантазировать, додумывать - делать то, для чего и предназначена Музыка.

Exact Audio Copy V1.0 beta 3 from 29. August 2011

EAC extraction logfile from 21. October 2019, 21:00

Jon Anderson / Olias Of Sunhillow

Used drive : MATSHITADVD-RAM UJ8C2 Adapter: 0 ID: 0

Read mode : Secure
Utilize accurate stream : Yes
Defeat audio cache : Yes
Make use of C2 pointers : No

Read offset correction : 103
Overread into Lead-In and Lead-Out : No
Fill up missing offset samples with silence : Yes
Delete leading and trailing silent blocks : No
Null samples used in CRC calculations : Yes
Used interface : Native Win32 interface for Win NT & 2000

Used output format : Internal WAV Routines
Sample format : 44.100 Hz; 16 Bit; Stereo


TOC of the extracted CD

Track | Start | Length | Start sector | End sector
---------------------------------------------------------
1 | 0:00.00 | 3:05.27 | 0 | 13901
2 | 3:05.27 | 3:34.23 | 13902 | 29974
3 | 6:39.50 | 4:19.25 | 29975 | 49424
4 | 10:59.00 | 7:08.52 | 49425 | 81576
5 | 18:07.52 | 3:24.23 | 81577 | 96899
6 | 21:32.00 | 5:21.22 | 96900 | 120996
7 | 26:53.22 | 12:48.68 | 120997 | 178664
8 | 39:42.15 | 4:29.40 | 178665 | 198879


Range status and errors

Selected range

Filename C:\MUSIC\CD Rips_J\J Anderson 1\Jon Anderson - Olias Of Sunhillow.wav

Peak level 100.0 %
Extraction speed 3.9 X
Range quality 100.0 %
Test CRC DEA022D3
Copy CRC DEA022D3
Copy OK

No errors occurred


AccurateRip summary

Track 1 accurately ripped (confidence 54) [54B9A70A] (AR v2)
Track 2 accurately ripped (confidence 54) [7D281BAD] (AR v2)
Track 3 accurately ripped (confidence 53) [D44F4D46] (AR v2)
Track 4 accurately ripped (confidence 53) [1021C340] (AR v2)
Track 5 accurately ripped (confidence 52) [043AC2FF] (AR v2)
Track 6 accurately ripped (confidence 53) [77F16316] (AR v2)
Track 7 accurately ripped (confidence 52) [87440054] (AR v2)
Track 8 accurately ripped (confidence 53) [D1CFF1D3] (AR v2)

All tracks accurately ripped

End of status report

==== Log checksum D1711E52D38A924F175BF1D9A5E46B2A7C5807BA2766DB7DDEA1A07F9CB8203D ====