Захар Прилепин о Белоусове

1. Белоусов сторонник жёсткой протекционистской политики, граничащей с социалистическими экономическими наработками.

2. Те, кто «ходы записывают», помнят, что первое громкое заявление он сделал еще в 2018 году, будучи помощником Президента по экономическим вопросам, предложив изъять сверхприбыли за прошедший год у металлургов, нефтехимических компаний и производителей удобрений. Тем самым Белоусов вызвал форменный переполох в либерально-экономическим стане: он прямо предложил «отнять и поделить», и тем самым четко напомнил, что отчество свое - носит не случайно. Именно тогда в либеральных кругах Белоусова тайно окрестили сторонником «большевистских мер».

3. В мае 2021 уже в качестве зампреда он предлагал «экспроприировать» у «металлургов» 100 млрд.рублей прибыли, которые, как Белоусов считал, они получили незаслуженно из-за сложившейся конъюнктуры рынка во время ковида.

4. Во время СВО Белоусов в 2023 предлагал крупному бизнесу сделать «добровольный взнос» со своих сверхприбылей. И предложение это имеет ещё и скрытые возможности повлиять на его реализацию, если «сами не понимают, что надо».
---------------------------------
ЧТО ВАЖНО ЛИЧНО ДЛЯ МЕНЯ И О ЧЕМ ХОТЕЛ БЫ ПОПРОСИТЬ НОВОГО МИНИСТРА ЛИЧНО Я.

ДВА КОРОТКИХ ПУНКТА

1. Имя и родители – это очень важно. Для тех, кто верен имени и родителям.

Отец Андрея Рэмовича Белоусова, нового министра обороны – известный советский экономист из команды Косыгина, лётчик, фронтовик. Мать – выдающийся радиохимик.

Оба – настоящие и верующие в социализм и русский советский прогресс люди своего времени.

Имя Рэм расшифровывается: Революция/Электрификация/Механизация.
Или: Революция/Маркс/Энгельс.
Надеюсь, сын отдает должное вере своих родителей. Новые времена говорят, что они были куда менее наивны, чем нам может показаться.
Белоусов – доктор экономических наук. Он под всеми мировыми санкциями.

2. Я попросил бы Андрея Рэмовича ротировать те 300 тысяч мобилизованных, что почти безвылазно находятся на фронте почти два года. Это не просто перебор, это унижение самых ответственных и честных детей России, взваливших на себя непомерную ношу. У нас есть кем заменить этих людей. Мы обязаны их заменить. Война надолго.

Необязательное примечание.

Желательно их, конечно, заменить в числе прочего на фабрики ботов, которые подлыми толпами являлись в любой блог, где обсуждалась эта тема, и в сотни поганых ртов унижали жен и матерей мобилизованных, произнося свои блядские тексты про «они с опытом, их нельзя заменить», «хватить истерить, я тоже участник войны», «этот блог взломали, никогда не поверю, что русский человек способен писать такое» и так далее и тому подобное.

Андрей Рэмович. Помимо явных коррупционных схем, в которых вы непременно разберетесь, есть ещё и проблемы государственной морали.

Не менять воюющих людей годами – тоже преступление. А содержание армии ботов, оправдывающих и поддерживающих такое положение вещей (наверняка, на сомнительного происхождения бюджеты) – антихристианская подлость.

Спаси Господи. За Победу.

РОССИЯ НАДЕВАЕТ МУНДИР. СКРЫТЫЙ СМЫСЛ НАЗНАЧЕНИЯ ШТАТСКОГО БЕЛОУСОВА МИНИСТРОМ ОБОРОНЫ

Скрытый смысл назначения штатского экономиста министром обороны ясен ещё не всем. Но решение президента Путина касается каждого. Кадры решают всё — и новый министр должен ни много ни мало полностью перестроить экономику страны. Всё для фронта, всё для Победы.

Назначение Андрея Белоусова — бывшего вице-премьера правительства, бывшего министра экономики — министром обороны поразило русское общественное мнение. Штатский министр обороны в военное время? Да как же так? Как может штатский, не служивший даже срочную службу, не имеющий воинского звания, командовать боевыми генералами? Но парадоксальным образом именно это назначение указывает: Россия ведёт не просто специальную военную операцию, но отечественную войну. И эта война требует напряжения всех сил страны и тотальной перестройки всего порядка русской жизни. Прежде всего, конечно, экономики.

Полководцы в России есть, Генштаб имеется, есть кому планировать операции наступательные и оборонительные. А министр обороны сейчас нужен для другого. Белоусов — тот человек, который должен не на словах, а на деле завершить перевод экономики на военные рельсы. Создать систему, которая работает для фронта и для Победы — и ни для чего другого. Да, совершенно так же, как в 1941-1945 годах после успешной эвакуации промышленности с запада на восток.

Чтобы это сделать, не нужно быть генералом. Нужно мыслить стратегически в масштабах всей великой России — и на долгие годы вперед.

Охватить одним взглядом всю эту задачу в одной короткой статье вряд ли реально. Но я попробую дать вам представление о масштабе, приведя лишь три примера — от трех экспертов.

Три маленьких проблемы
Марат Баширов, ныне политолог и профессор ВШЭ, а в 2014 году председатель совета министров Луганской Народной Республики, указывает, что предстоит сделать новому министру обороны:

Громадная внутренняя проблема в инженерных темах и в системе ЖКХ. Да-да, вы удивитесь, но вся военная инфраструктура МО требует функционирования обычных систем жизнеобеспечения: водоснабжение, водоотведение, снабжение электричеством, паром, теплом. А ещё дороги и социалка: больницы, школы. И всё это ест деньги, а не генерит их. Были когда-нибудь в военных городках? Там, вообще-то, не только военные живут, а ещё женщины, дети и пенсионеры. Сколько их по всей нашей необъятной Родине — тайна. Но по объёму это второй субъект после Минстроя, Минэнерго и с Минтранспортом. Только у них всё порознь, а тут всё в одном флаконе.

Один мой друг лет этак пять назад, находясь на очень значимом посту, готовил для одного из замминистров МО доклад, как модернизировать условное ЖКХ МО и в итоге, увидев масштаб проблем, его положили под сукно. В смысле — доклад. Друга тоже отправили, правда, слава богу, просто на волю, в смысле уволили.

Вот вам первая и уже гигантская по масштабу проблема — лишь одна из многих, лежащих на столе министра обороны.

Если позволить себе простую метафору, в ворохе бумаг на его столе эти бумаги — очень близко к поверхности. И рассказывают они о вещах простых, понятных, в общем-то, всем известных.

Вот ещё одна проблема примерно того же уровня сложности. О ней рассказывает политолог и один из основателей Координационного центра помощи Новороссии Алексей Чадаев — на примере своего разговора с зампотылу одного героического танкового полка:

Я прихожу к майору. И говорим с ним о такой армейской прозе, как вещевое довольствие военнослужащих: одежда, обувь, бронезащита. Про то, что в армии есть два размера того и другого: "велико" и "мало". Что он отправлял из Калининграда на Белгород целый самолёт со всем этим нужным барахлом, потому что база у них там, и снабжаться они могут только оттуда.

И я, говорит, понимаю, что это неправильно. Что служба снабжения в наше время должна быть устроена примерно как wildberries — боец или офицер заказывает себе где-то в личном кабинете всё то, что ему положено по должности и по его размерам, я даю команду на оплату, а дальше логистика находит по базе на ближайших к зоне боевых действий складах всё это обмундирование и везёт ему "буханкой" за десятки километров, а не грузовым самолётом — хорошо если из Калининграда, а то и из Владивостока, как некоторым. И даже показывает презентацию (!), как это должно работать и как может сопрягаться с их системой снабжения и армейских финансов.

Презентация у меня есть, я её чуть докрутил и визуально оформил, но, разумеется, показывать её было некому и негде — что-что, а службы тыла никогда не были в фокусе внимания внутриармейских штатных "инноваторов", с которыми мы работаем по беспилотию. Да их в МО по этой теме никто и слушать бы не стал: типа ваше дело — летающие-стреляющие вундервафли, а не штаны с ботинками.

Почему на посту министра обороны в наше интересное время нужен именно экономист? Да потому, что он способен понять, как улучшить снабжение армии, сократив расходы, а не увеличив. В интересах тех, кто на самом деле воюет.

Одно дело, когда военные расходы это 3% ВВП, а другое — когда почти 7%. В этой ситуации простые управленческие решения — например, по военному снабжению — могут дать экономию, сомасштабную налоговым поступлениям с целых отраслей.

— объясняет Алексей Чадаев.

Но и эта гигантская проблема — лишь одна из. Ваш покорный слуга, тоже вроде как политолог и тоже не чуждый помощи действующей армии, с ходу готов показать на условном столе министра обороны ещё одну: в новой отечественной войне мы всем миром собираем деньги на беспилотники, приборы ночного видения, ремкомплекты для грузовиков отдельным частям. Собираем и на многое другое. Да, в масштабе общего финансирования действующей армии эти наши сборы, даже если взять их все разом, тянут едва ли на доли процента от всех расходов. Но собирать-то приходится всегда срочно и всегда на самое необходимое, реально спасающее солдатские жизни. Чем больше используется дронов и РЭБ, тем меньше гибнет наших в боях, такая арифметика.

Кстати, дроны наши бойцы используют импортные, массового производства отечественных всё ещё пока нет.

Его нет — а оно должно быть, причём независимое не только от бывших друзей, но и от нынешних ближайших союзников. И оно должно быть ещё вчера, в крайнем случае прямо сегодня — несмотря на все сложности. И крайне желательно — наконец-то не за счёт волонтёров, а за государственный счёт.

А вы спрашиваете, почему министром обороны поставили экономиста, да такого, который известен как сторонник государственного капитализма и больших инвестиций в стратегические отрасли! Потому что армию противника снабжает весь Запад, без всякого преувеличения — весь. И нам нужна, следовательно, система военного производства и распределения, подобная созданной после эвакуации 1941 года.

Что с того: Россия надевает мундир
Главное, что нужно понять из назначения Белоусова, — "нормализаторам" в России места больше не будет. Экономика страны теперь не на словах, а на деле станет экономикой военного времени. В масштабах одной человеческой жизни — навсегда. Никакому "как до войны" в жизни России не остаётся места — объективно. Ни в какой сфере, ни в какой отрасли.
Это просто численно, финансово так. До войны доля ВВП России, которая относилась к оборонной отрасли, составляла 3%. Сейчас, как справедливо указал пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, — 7%. Это принципиально другая экономика. А следовательно — принципиально другое устройство самого общества. Это новое русское общество, эта новая Россия живут войной — вплоть до полной Победы.

В этой новой России министр обороны — это сановник, отвечающий даже не за "важнейшее направление экономического развития" — а, по сути, за экономику в целом. Потому что ВПК становится главным локомотивом, который тянет эту экономику вперёд. А также потому, что если этот локомотив не справится и забуксует, то результатом будет не "экономический кризис" или там "дефолт" — а не более и не менее, как гибель Государства Российского.

Вот какое поручение получил намедни Андрей Рэмович Белоусов. Говоря старинным стилем, поручение совершить подвиг силы беспримерной.

Идёт война. Россия надевает военный мундир. Вся Россия. Каждый русский.
Андрей Перла

Никаких иных инструментов, кроме прямого терроризма, у Запада не осталось.